«Кухарка» против герцогини

На её прямой вопрос «кухарка» ответила уклончиво. И с мягкой улыбкой проследовала дальше. Другой возможности поговорить у них больше не представилось. Герцогиня Виндзорская озадаченно сдвинула брови. Ей дали понять, что никакого возвращения не будет. И Елизавета очень хорошо помнит всё, что однажды было сделано и сказано.

на фото герцогиня Виндзорская рядом с Елизаветой II, дочерью Елизаветы Боуз-Лайон

У семьи Боуз-Лайон на кухне работала француженка Маргарита Родье. Милая женщина, долго и преданно служившая в доме, не могла и представить, в центре какого крупного разбирательства окажется впоследствии. Дело в том, что именно её, мадам Родье, называли настоящей матерью девочки, появившейся на свет 4 августа 1900 года. Якобы знатная леди, державшая прислугу, не была в состоянии подарить мужу наследников.

Некрасивую историю подхватили многие. И в лондонских гостиных нет-нет да и возникала порой беседа: мать Елизаветы Боуз-Лайон – обычная повариха. Получается, что герцог Йоркский взял в жёны женщину невысокого происхождения. И как только королевская семья могла это допустить?

Среди тех, кто с большой охотой обсуждал нюансы происхождения герцогини Йоркской, оказалась и американка Уоллис Симпсон. Она вообще вела себя смело и независимо. А «Печенье» или «Кухарка», как иногда называли Елизавету «за глаза», никогда не нравилась ей. Эти две женщины были полными противоположностями друг другу.

герцог Йоркский с Елизаветой и двумя дочерями — будущей королевой Елизаветой II и принцессой Маргарет

Елизавета казалась мягкой и домашней, занятой исключительно делами мужа и детей. После рождения девочек она утратила былую стройность, но нисколько не стремилась затянуться в корсет. «Печенье» мало интересовалась модой, одевалась в «платья своей бабушки», как иронично отзывалась Уоллис. И была напрочь лишена чувства юмора – по крайней мере, так говорила о ней миссис Симпсон.

Худощавая американка, не только знавшая все новые тренды, но и умевшая их задавать, могла себе позволить «проходиться» по герцогине Йоркской. Она чувствовала за своей спиной мощную поддержку наследника престола, Дэвида. С 1934 года Уоллис Симпсон стала главной женщиной в его жизни. И это очень не нравилось и королевской семье, и многим обычным англичанам.

Уоллис была замужем. Она исповедовала другую веру и имела американское гражданство. Она позволяла себе резкие высказывания в адрес родных Дэвида, о чём те, конечно же, сразу узнавали. Про то, что её зовут «кухаркой», Елизавета Боуз-Лайон тоже знала. И про свое якобы неумение шутить. На одном из вечеров, где они присутствовали обе – Уоллис и Елизавета – герцогиня Йоркская вдруг заговорила с резким американским акцентом. Все заулыбались. Это был хороший ответный ход.

Уоллис Симпсон в 1931 году

«Она потому так неприязненно относится ко мне, что сама хотела бы выйти за Дэвида», — утверждала Уоллис. На самом деле, хотя Елизавета всегда очень тепло относилась к старшему брату своего мужа, в королевскую семью она никогда не рвалась. Герцогу Йоркскому пришлось несколько раз делать ей предложение, прежде чем леди Боуз-Лайон согласилась. И неоднократно высказывала свои опасения: получится ли у неё соответствовать строгим стандартам Виндзоров? К первой роли – жены престолонаследника – Елизавета тем более не готовилась.

Потому-то, когда Дэвид, ставший королем Эдуардом VIII, отрёкся от престола, Елизавета испытала гамму чувств – от разочарования до страха. Её спокойная размеренная семейная жизнь разом закончилась. А всё потому, что Дэвид-Эдуард не смог выполнить свой долг! Ему предписывали расстаться с Уоллис, найти себе достойную жену из числа принцесс или просто знатных женщин, а он отозвался на это:

«Для меня невозможно исполнять королевские обязанности без помощи женщины, которую я люблю».

после свадьбы, 3 июня 1937 года

Эдуарду и Уоллис, на тот момент уже разведённой, позволили пожениться. Но ни один представитель королевской семьи не приехал на эту свадьбу. Молодожёнам дали титул герцога и герцогини Виндзорских, но ясно определили – без приглашения их не ждут в Британии. Пара осела в Париже, где продолжала вести богемный образ жизни. И периодически позволяла себе выпады в адрес коронованной родни.

Уоллис считала, что все действия новоявленного короля Георга VI продиктованы его женой, Елизаветой Боуз-Лайон. Кухарка против герцогини – так иногда подшучивала пресса. Уоллис была уверена, что под влиянием Елизаветы к Эдуарду так холодно относятся в Англии. Благополучно забывая при этом, что в королевстве и раньше было не так уж много восхищённых его поступками. А уж потом, когда он начал наносить визиты Гитлеру…

В 1940 году герцога Виндзорского назначили губернатором Багамских островов. Уоллис поехала с ним, негодуя, по-прежнему, на Елизавету. Однако в Букингемском дворце отсылку пары предприняли лишь по одной причине – были обоснованные опасения, что Эдуард и Уоллис продолжают общение с Гитлером. Королю докладывали, что герцог допускает бомбардировку Британии и даже оправдывает её.

Королева Елизавета Боуз-Лайон и король Георг VI в Канаде в 1939 году

После войны Виндзорские вернулись во Францию. В 1952 году умер король Георг VI, и Дэвид смог несколько раз съездить в Великобританию. Но без жены. Только на открытие мемориальной доски в честь королевы Марии Текской ему позволили взять Уоллис. Это была судьбоносная встреча. Камеры следили за каждым движением двух противниц – королевы-матери (так теперь называли Елизавету) и герцогини. Отметили, что Уоллис не сделала положенный реверанс. Что был обмен репликами, но на этом всё.

Эдуарда не стало в 1972 году. Уоллис пережила его на четырнадцать лет. Ей отказали в двух привилегиях – не было королевского штандарта, не было титула «её королевское высочество» на памятном камне во Фрогморе. «Кухарка все ещё против герцогини», — утверждали биографы Уоллис.

Исследователи считают, что началом этих непростых взаимоотношений стали всего две фразы, которые женщины, заочно, сказали друг о друге. «Он был веселее и лучше до неё», — считала Елизавета Боуз-Лайон. «Эта женщина только кажется мягкой, но она коварна», — отзывалась Уоллис Симпсон.