Принцесса в Бухенвальде

Королевская семья продолжала ждать от неё вестей, не подозревая, что всё уже закончилось. «Передайте привет моим детям, всей моей любимой Италии», — сказала в Бухенвальде принцесса Мафальда. Выполнить эту просьбу удалось только два года спустя.


детское фото принцессы Мафальды

Она была дочерью короля Италии, Виктора-Эммануила III и черногорской принцессы Елены. Две родные тети Мафальды были замужем за Романовыми, а родители присутствовали на коронации Николая Второго. Мафальда появилась на свет в 1902-м, в Риме, и сразу стала всеобщей любимицей.

«Добрая и послушная девочка, и очень впечатлительная, — писала позже королева Румынии Елена, — и эти качества она пронесла через всю жизнь. Казалось, что любая несправедливость способна растрогать её до слёз».

В годы первой мировой войны (а Италия в 1915 году присоединилась к Антанте) Мафальда работала в госпитале, вместе с матерью и сестрами. По настоянию итальянской королевы, в лазарет превратили Виллу Маргарита, принадлежащую правящей семье. Поблажек не делали – все венценосные особы были зачислены в штат обычными медсёстрами, и трудились ровно столько же, как и остальные.


Елена Черногорская, королева Италии

Чтобы собрать средства для раненых, девушки придумали печатать свои фотографии с автографами. Расходились такие портреты на «ура», и принцессам удалось внести заметный вклад. А королева решила продать часть своих драгоценностей, так же в пользу госпиталей. Мутти – как называли Мафальду в семье – добавила к этому подаренный ей на Рождество браслет.

В 1924 году к Мутти посватался принц Филипп Гессенский. Он был правнуком английской королевы Виктории и успел ненадолго, на несколько месяцев, примерить титул престолонаследника Финляндии. Дело в том, что северная область, вышедшая из состава Российской Империи, провозгласила своим королем отца Филиппа, но уже в 1919 году Финляндия стала республикой. Принц поехал в Дармштадт, изучать искусство и архитектуру, а несколькими годами позже обосновался в Риме. Где и встретил Мафальду.

Представители королевских семей в двадцатом веке уже нередко устраивались на работу. Принц Филипп разрабатывал дизайн интерьеров, и весьма в этом преуспел. Для дочери короля – не самая блестящая партия, да еще он был другой веры. Но Мафальда умоляла отца дать согласие. Она полюбила Филиппа. Свадьбу сыграли в 1925-м, а меньше, чем через год, у молодожёнов появился на свет первый ребёнок, принц Мориц.


принцесса Мафальда с мужем

Мафальда занималась детьми и благотворительностью, она не интересовалась политикой. Муж с увлечением рассказывал, что вступил в ряды немецкой рабочей партии, а она не знала, как на это реагировать. Мать была прозорливей. Королева Елена Черногорская горячо отговаривала зятя участвовать в чём-либо подобном. А он рассказывал о новым назначении – получил должность обер-президента провинции Гессен-Нассау. «С этими людьми нельзя иметь дело», — говорила королева. Мафальда была согласна с ней. Ей не нравился ни Гитлер, ни проводимая им политика, и принцесса не раз резко высказывалась о нём. Знала бы она, что каждое её слово тут же передают в Берлин! Среди слуг семейства давно внедрили наблюдателей.

К 1940 году у Мафальды и Филиппа родились четверо детей. Европа уже была объята пламенем, но даже в тот момент ещё мало кто представлял себе масштаб происходящего. Король Италии фактически перестал решать что-либо в собственном государстве, где распоряжался Муссолини, но королева Елена проявляла себя по-прежнему независимо. Гитлера это раздражало. Филиппу Гессенскому, мужу Мафальды, не раз намекали, что он мог бы лучше воздействовать на жену, тестя и тёщу. Поворотным для этой семьи стал 1943 год, когда король Виктор-Эммануил III отдал приказ об аресте Муссолини. Дуче планировали передать англичанам или американцам, с которыми уже велись тайные переговоры.


Мафальда с сыновьями

Зять короля, Филипп, сразу лишился всех постов и должностей и тоже был арестован — немецкой стороной. Его сопроводили в лагерь Флоссенбюрг. Мафальда в это же время находилась в Болгарии, помогала сестре, дежурящей возле больного супруга. Узнав оттуда, что произошло, она приняла решение немедленно возвращаться. Поезд следовал через Румынию, и возле Синая резко затормозил. Его остановили по приказу румынской королевы Елены.

«Вам не нужно ехать, это ошибка, — уговаривала Елена, — переждите какое-то время здесь».

Но Мафальда покачала головой. Она не знала, что с мужем, что с детьми и родителями, и мчалась, чтобы во всём разобраться.

Увы, она не знала, что Гитлер уже принял решение на её счет. Руководил операцией офицер Карл Хасс. Он выяснил, что принцесса сошла на вокзале Будапешта, затем добралась до Пескары, и оттуда попала в Рим. В итальянской столице дочь короля и задержали. 23 сентября 1943 года Мафальду посадили в самолет до Мюнхена. Оттуда её направили прямиком в Бухенвальд.

Ей было запрещено называться своим настоящим именем. В документах она значилась как фрау фон Вебер. Мафальду поселили в одной комнате с Марией Рунан, осведомительницей СС, в маленькой лачуге на окраине лагеря.


Бухенвальд

Она сразу заметила, что режим ее содержания отличается от всех прочих – ее лучше кормили и в ее комнате было теплей. Но из чувства справедливости Мафальда начала делиться продуктами с остальными заключенными, тайком передавала одеяла. И хотя она выполнила обещание не раскрывать имени, то, что в Бухенвальде находится итальянская принцесса, очень быстро стало известно остальным.

Август 1944 стал поворотным в её жизни. Американские войска сбрасывали снаряды на Бухенвальд, и Мафальда получила ранения. Ей срочно требовалась помощь, но никто не спешил её оказать. Четыре дня спустя принцессы не стало. «Передайте привет моим детям, — просила она, — передайте привет мой любимой Италии».

Только в начале 1946 года семья Мафальды узнала правду. Ее муж побывал в Дахау, потом был переправлен в Тироль, но он выжил. Все их дети прожили долгую жизнь, обзавелись потомством, а младшая дочь здравствует и поныне. Правительство Италии не раз направляло запросы, чтобы прояснить историю последних дней принцессы Мафальды. Историки бывшего королевства уверены, что молодую женщину можно было спасти. Ей просто не захотели дать шанс.