Тацинский рейд, проведённый бывшим поручиком царской России: почему он стал знаменит на мир, и что писал о нём немецкий пилот

Есть в Ростовской области райцентр – станица Тацинская с населением всего около 9 тыс. человек. В годы войны здесь располагался аэродром Люфтваффе, и здесь же была похоронена надежда немцев на перелом в ходе советского контрнаступления в конце 1942 года. В конце декабря 24-й танковый корпус генерала Баданова совершает дерзкий рейд в тыл противника, нанеся существенный урон коммуникациям и помешав полноценно применить авиацию для помощи окружённым армейским частям.

В.М. Баданов

Начало операции

Для начала следует изучить биографию генерала Баданова. Василий Михайлович принял боевое крещение в 1916 году, будучи поручиком Русской Императорской Армии. Вернувшись с фронта, он занялся педагогической деятельностью, но в 1919 вновь оказался на фронте. На этот раз – в рядах РККА. По окончании войны, остался на службе. В январе 1940 года он был назначен на должность директора Полтавского военного автомобильного технического училища, а 11 марта 1941 г. назначен командиром 55-й танковой дивизией из состава 25-го механизированного корпуса.

Командование 24-м танковым корпусом Баданов принял весной 1942. После тяжёлого поражения под Харьковом корпусу требовалось восполнить потери и восстановить свою боеспособность. Делать это надо было в ускоренном темпе, в условиях непрекращающегося вражеского наступления. Тем не менее, к началу боёв за Сталинград, корпус всё ещё был не укомплектован полностью. Например, недостаток автотранспорта был довольно ощутим – машин было лишь 50% от необходимой численности. Также в распоряжении корпуса был 91 танк.

19 ноября 1942 года началась операция «Уран», исход которой решал судьбу СССР. Случилось то, чего опасался Манштейн – части РККА нанесли неожиданный удар во фланг войскам «Оси» и прорвали фронт. И это, скорее, была закономерность: если проехаться от Белой Калитвы до Волгограда, можно заметить, что степь – идеально ровная, благоприятствующая танковым рейдам.

На начальном этапе советским войскам сопутствовал успех. Им удалось перехватить инициативу, однако в конце декабря Манштейн начинает операцию «Зимняя буря», цель которой – прорваться к окружённым частям армии Паулюса. Введя в бой свежеподошедшие резервы, поначалу Манштейну удаётся достичь определённых тактических успехов. Однако вскоре наступление выдохлось – наступавшие панцер-дивизии потеряли до 60% техники.

Тем временем, корпус Баданова выдвигается на помощь советским войскам. Немцы знали о подходе танковых резервов, но перехватить их не успели. Кроме того, в обороне войск «Оси» образовалась новая брешь. Советские войска обратили итальянскую 8-ю армию в бегство, захватив в плен более 15 тысяч солдат и офицеров. Итальянцы бросали технику, оружие, склады, оставив советским войскам богатые трофеи.

Однако главная задача всё ещё оставалась не решённой: армия Паулюса продолжала сопротивляться. Окружённые части снабжались по воздуху с тацинского аэродрома. В этой ситуации Баданов принимает рискованное, и, в некоторой степени, авантюрное решение – нанести удар по Тацинке и лишить противника тыловой базы снабжения.

Рейд

Непосредственно перед рейдом танковый корпус увяз в ожесточённых боях за Ильинку и Большинку. Однако к вечеру, 22 декабря, танкисты взяли населённые пункты. Дорога к Тацинке была открыта. Приказ о рейде был устный, то есть не согласованный с верховным командованием. Корпус находился в отрыве от главных сил, и в случае контратаки рисковал попасть в окружение. В боях на подступах к станице, корпус потерял 43 танка. Осталось 58 «тридцатьчётвёрок», в каждом из танков горючего хватало лишь наполовину. Баданов знал, что танковые части «Оси» уже не подходе, потому об отмене операции уже не могло быть и речи – надо было атаковать аэродром, пока не подошли немецкие резервы.

Ночью, 24 декабря, танковые части выдвинулись к аэродрому, и ранним утром подошли к Тацинской. Вот, что вспоминал пилот Курт Штайр, свидетель тех событий:

«…Утро 24 декабря 1942 года. На востоке забрезжил слабый рассвет, освещая еще серый горизонт. В этот момент советские танки, на ходу ведя огонь, внезапно врываются в станицу Тацинскую и на аэродром. Самолеты вспыхивали, как факелы. Всюду бушевало пламя пожаров, рвались снаряды, взлетали на воздух складированные боеприпасы. По взлетному полю метались грузовики, а между ними носились отчаянно кричащие люди. Кто же отдаст приказ, куда направиться пилотам? Взлетать и уходить в направлении Новочеркасска — вот все, что успел приказать генерал Фибиг. Начинается форменное безумие. Со всех сторон на взлетную полосу выезжают и стартуют самолеты. Все это происходит под огнем противника и в свете разгоревшихся пожаров. Небо распростерлось багровым колоколом над тысячами погибающих солдат, лица которых выражали безумие. Вот один транспортный самолет Ю-52, не успев подняться в воздух, врезается в советский танк и взрывается со страшным грохотом. Вот уже в воздухе сталкиваются «Хейнкель» с «Юнкерсом» и разлетаются на мелкие обломки вместе со своими пассажирами. Рев авиамоторов и танковых двигателей смешивается с ревом взрывов, орудийным огнем и пулеметными очередями, формируя чудовищную музыкальную симфонию. Все вместе это создает в глазах зрителя тех событий полную картину разверзшейся преисподней»

Атака началась с залпа «Катюш», затем, с трёх сторон, началось танковое наступление. Немцы были застигнуты врасплох, генерал Фибиг, командир 8-го корпуса Люфтваффе, чудом избежал плена.

Вечером того же дня Баданов доложил об успешном захвате и разгроме тацинского аэродрома и самой станицы. Уничтожены ВПП и более 40 самолётов противника.

Однако в тот же день немцы в ходе контратаки начинают захватывать прилегающие к Тацинской населённые пункты. Бои разгораются с новой силой. Аэродром подвергается усиленным бомбардировкам. 25 декабря Баданов сообщает Ватутину о тяжёлом положении своего корпуса и запрашивает разрешение на отступление. Но Ватутин приказывает удерживать позиции и ждать подкреплений.

Баданов остаётся в Тацинской. Силы были неравны, боезапас и силы корпуса стремительно таяли под ожесточёнными налётами вражеских частей. Ватутин продолжает настаивать на удерживании Тацинки, тем более, подкрепления уже в пути. Однако скоро наступление захлебнулось. Части РККА так и не дошли до окруженцев.

Наконец, 27 декабря, Баданов решает, вопреки приказу, прорываться через немецкие позиции. Найдя слабое звено, танковый корпус совершает последний, решительный бросок, и танкистам удаётся неожиданным ударом отбросить немцев. 28 декабря остатки корпуса выходят к наступающим частям генерала Ватутина. Лишь 927 человек выжили в этой мясорубке.

Немцы снова взяли Тацинскую, но уже 31 декабря советские войска, перегруппировавшись, отбили станицу окончательно.

Итоги

Несмотря на тяжёлые потери, Баданов сумел выполнить поставленную перед собой задачу – нанести урон противнику и захватить базу снабжения окружённой группировки. За время операции с 19 по 28 декабря 1942 года корпусом уничтожено 11292 солдат и офицеров противника, было взято в плен 4769 человек, подбито 84 танка, уничтожено 106 орудий. 40 самолётов уничтожено непосредственно на аэродроме, ещё 83 было сбито в ходе отражения воздушных атак.

Это был первый танковый рейд в глубокий тыл противника, своего рода уникальный случай. Немцы лишились тыловой базы снабжения, после чего участь армии Паулюса была предрешена. Всего через месяц сам фельдмаршал сдался в плен, а 2 февраля прекратили сопротивление остатки войск «Оси».

24 танковый корпус получил почётное наименование «Тацинский». Баданову присудили «Орден Суворова II степени». Летом 1944 года, будучи генерал-лейтенантом, командовал танковым корпусом в ходе боёв за Львов. В этой операции он получил тяжёлую контузию, и после лечения вернулся к преподавательской деятельности.

Рейд стал знаменит во всём мире – о нём наперебой писали зарубежные газеты, и даже сегодня память о дерзком броске жива и нашла отражение, в том числе, в игровой индустрии.